karazyan

Давайте вместе менять мир к лучшему

Дружим - значит меняем


Previous Entry Share Next Entry
karazyan

ИСТОРИЯ ДЛИНОЮ В ЖИЗНЬ

Оригинал взят у karazyan в ИСТОРИЯ ДЛИНОЮ В ЖИЗНЬ
ЧАСТЬ ШЕСТАЯ



И вот на дворе дом родной, Ереван.
Тут меня ждали новые административные приключения, свойственные нашей великой и могучей стране развитого социализма. Оказалось, что меня нельзя прописаться в родном городе, в родной квартире, поскольку я обязан был вернуться домой не позднее полугода после окончания института. Как вы сами понимаете незнание закона, не освобождает от ответственности.
Да раньше было гораздо проще, были десять заповедей, и их с молоком матери вбивали в головы, всем, кто появлялся на свет божий. Теперь бога нет, или почти нет, зато законов немеренно. Получается, ежели хочешь не нарушать закон, то будь добр, начинай с детского сада зубрить, уголовный и гражданский кодексы нашей великой и могучей. И если повезёт, и будешь прилежным учеником, то может быть, от тюрьмы убережёшь своё бренное тело. Это конечно, если не попадёшь в лапы двоечника от правосудия, который ненароком перепутает статьи, какого ни будь кодекса. Или уж чего более, корысти ради.[жмите] Надо отдать должное моей матери, которая начинала свою трудовую деятельность, с работы в суде, и знала, что если очень сильно захотеть, можно немного укоротить, костлявые руки умельцев от законотворчества. Был, в те времена, такой хороший журнал, и назывался он «Человек и закон» Так вот, благодаря этому журналу, некоторым гражданам нашей великой и могучей, иногда удавалось совмещать наши законы, с естественной логикой. Моя мама, по натуре своей, умная и упрямая женщина, и если она поставила перед собой цель восстановить справедливость, то её уже никак не остановить. Было написано множество писем, во все мыслимые, и немыслимые инстанции, но ответ пришёл именно от журнала « Человек и закон» Истина восторжествовала, и меня прописали в своём родном доме. Звучит как то дико. Как в том анекдоте, - Это наша родина, сынок. Я не склонен смешивать с дерьмом, всё, что было в нашей стране, гражданином которой, считаю себя и по сей день, ведь нельзя не любить свою родину, и нельзя иметь две родины, я родился в СССР. И не важно, что когда то не было такой страны, и не важно, что когда то не стало такой страны, но я то, есть, и миллионы, таких как я, родившихся в СССР. Можно уничтожить страну, можно развести людей по обе стороны ринга, это жизнь. Но нельзя уничтожить память, нельзя уничтожить родину. Я армянин, родина моих предков Армения. Мой отец тоже, как вы понимаете, армянин, но родился он в Греции, и до последних своих дней, с трепетом вспоминал об этой стране. Моя мать тоже армянка, но она родилась в Одессе, и этим всё сказано. Я родился в Армении, но страна моя называлась СССР. Я одинаково, по-доброму, отношусь к Узбекам, Украинцам, Евреям, Русским, и всем людям иных национальностей проживающих на территории СССР. Нас так воспитали. И я надеюсь, не я один такой. А то, что я порой плохо отзываюсь о порядках, существовавших в те времена, так это правда. Да было много дебилов и сволочей, в том числе и во власти, они есть и сейчас, и не только в нашей стране, это жизнь, какая есть. Но, я точно знаю, что не меня одного, в той стране, научили любить друзей, и быть всегда готовым дать отпор врагу, и не будь этого, мы бы не победили во второй мировой. Мы бы не восстановили её из руин, пусть нелепо, пусть неказисто. Страна у нас большая, дорог много, и дураков, конечно.
Что то я разошёлся, уж, простите, накипело.
И вот на дворе перестройка.
Сама перестройка началась чуть раньше, чем я попал в Армению, но прописали меня значительно позже. А хотелось ворваться в эту неведомую стихию, сиюминутно. У меня был друг, который согласился открыть кооператив на себя. Но вскоре выяснилось, что бизнес дело мутное, а человеческая жадность идёт рука об руку, с глупостью. Вскоре мы с другом разошлись во мнениях, и дальнейшую свою коммерческую деятельность я продолжил самостоятельно, зарёкшись, никогда не иметь дело с партнёрами. Я взял небольшой кредит. Это было то самое время, когда кредиты раздавались налево и направо, но ещё никто толком не знал, что с этими деньгами делать. Получив хорошую практику фотографа в Иркутске, я решил продолжить это дело. Вскоре появились три точки в метро, где продавались, гороскопы, сонники, портреты знаменитых артистов. И, можно сказать, дела пошли в гору. Почувствовав вкус капиталистического азарта, я решил податься в Москву. Эти три точки я оставил на попечительство брата, а сам с двумя приятелями подался в Москву. Мой брат, зовут его Ваграм, младше меня на четыре года, и характеры у нас разные. Я могу, сломя голову, бросаться во всякие приключения и авантюры, а он предпочитает, более размеренную жизнь. Он щепетилен в деталях, я безалаберен. Он аккуратен во всём, я частенько, на многое стараюсь не обращать внимания, если это не существенно. Одним словом, мы разные.
Москва! Предел мечтаний многих дерзких, амбициозных и талантливых людей. Для меня Москва, пределом мечтаний не являлась, но место где можно было неплохо заработать. Приведу один пример, который, на мой взгляд, точно характеризует Москву. Метро, перед входом квадратная колонна, с двух противоположных сторон колонны торгуют, популярными тогда, схемами метрополитена, на фотобумаге. Поскольку я собирался заниматься в Москве, подобным делом, то остановился, и стал наблюдать. Торговля шла достаточно бойко, что вселила в меня уверенность, в правильности выбранного направления деятельности. Но пример был приведён по другому поводу. Оказалось, что хоть фотографии были совершенно одинаковы, в цене они разнились в разы. С одной стороны, продавались по тридцать пять копеек, с другой, за рубль. И те и другие, продавались одинаково хорошо. Вот такая она Москва.
Как я уже говорил, в Москву, я приехал не один. Рубен и Сергей, это два парня, которые работали со мной в Ереване лаборантами, они печатали всю нашу продукцию. На моё предложение рвануть со мной в Москву, они согласились без колебаний, ещё бы ведь это Москва, «предел», я уже говорил чего. Оба парня очень неплохие ребята, но тоже совершенно разные по характеру. Рубки был профессиональным фотографом, надо отдать ему должное, многие негативы артистов и певцов были из его архива. Как и я по гороскопу, он Лев, ну а поскольку гороскопов у нас было завались, то знал о себе всё, чем был очень доволен. Ему, и в голову не приходило, что некоторые человеческие качества, нужно в себе воспитывать, а некоторые добывать в поте лица. Ну да ладно, на первых порах, это делу не мешало, и даже, в какой-то мере забавляло меня.
Серёжа был добросовестным, рассудительным работником. На гороскопах, особо не заворачивался, но имел один недостаток, пунктуальность, тоже особо не заворачивала его. Когда Серёжа выходил, по делам из дома, мы с Рубиком, переглядывались, и ждали, когда он, зачем ни будь, вернётся. А возвращался он всегда. Ну, в общем и целом работа шла хорошо, но время стремительно рвалось вперёд, конкуренты наступали на пятки, и нужно было искать новые способы заработка.
Некоторое время, одна идея помогла нам оставаться на плаву. В Москве, многие пользовались проездными. Они были разные, на десять дней, на месяц, комбинированные. К примеру, метро – троллейбус, метро - трамвай. Эти картонки быстро изнашивались. Спасали ситуацию, специальные обложки, но их было мало. И мы наладили производство оригинальных обложек. По обе стороны были фотографии всевозможных артистов, на любой вкус и возраст, обтянутые плотной плёнкой, под которую можно было вставлять проездной. Но и на это, спрос, через некоторое время стал падать.
Требовалась новая идея. Тем более что у нас уже работало несколько человек, и выставлять их на улицу, мне не хотелось. Да, капиталистами мы стали, но их знаменитая фраза –« Ничего личного, это бизнес», была мне не по душе. Я долго ломал голову, и в итоге остановился на мягкой мебели. Тем более спрос на неё был бешенный. Люди записывались в очередь и месяцами ждали свой диван или кресло. К тому времени мы арендовали приличное бомбоубежище, квадратов на четыреста, а пользовались лишь небольшой его частью. Купив приличный зарубежный каталог, выбрали понравившуюся модель, и стали копировать. Возникло массу проблем. ДСП, мы с трудом достали. Ткань, далеко не мебельную, купили в магазине. В выбранной нами модели был не поролон, а судя по рисунку, нечто вроде пуха. Когда мы, наконец, соорудили гарнитур, как на картинке, - диван, полудиван, кресло, выяснилось, что конструкция состояла более чем из сотни деталей, и была неподъёмной. Я уже не говорю о том, что для того чтоб набить мягкую часть пухом, нам пришлось создавать установку, отделяющую куриный пух от пера. И это был ещё тот геморрой. Так что от идеи этой модели пришлось отказаться. Да, забыл сказать, когда я объявил, что будем выпускать мягкую мебель, все были в шоке. Ведь никто и понятия не имел, как это делается, я в том числе. А когда наш первый гарнитур, не смотря на все наши усилия, не продавался, то у многих опустились руки. Некоторые поспешили подыскивать себе другую работу. Так сложилось, что вскоре и нам пришлось покинуть бомбоубежище. Те, кто остался, перешли на новый принцип работы. Одни, у себя дома, изготавливали обложки и фотографии, другие их реализовывали. Мы же сидели в съёмной четырёхкомнатной квартире, и пили вино и кофе. Как раз в это время, ко мне в гости приехала мать, и застала вот такую сцену. Сидим все дома, звонок в дверь, мать спрашивает. – Сынок, это кто?
- Это, мама, деньги принесли. Проходит какое-то время, снова звонок. Снова вопрос, а это кто? – А это фотографии принесли. И так раз пять или шесть в течение дня. Ближе к вечеру, мать снова задаёт вопрос, - А вы что делаете?
- А мы, мама, думаем, - ответил я. И не соврал. Я думал как сделать мебель, чтоб была лёгкой, минимум затрат и усилий, и чтоб продавалась. Когда говорят, что лень матушка, двигатель прогресса, это истинная, правда.
Вскоре, можно сказать, с коленок, был создан опытной образец. Он соответствовал, всем заданным параметрам. Лёгкий, диван спокойно мог поднять один человек. Практически, за восемь человеко-часов, его можно было изготовить. Прибыль от него составляла, один к десяти. А как продавалась, приведу один классический пример. В те времена, серьёзные люди, скептически относились к кооператорам и их продукции. А я, игнорируя все эти предрассудки, сунулся в один из самых крупных мебельных магазинов в Москве. Директор, долгое время, противился моему предложению продавать наши гарнитуры через их салон. Надо отметить, что наш гарнитур, имел некоторые особенности, которые, в те времена, не имели аналогов. Диван-кровать, в гарнитурах был, но что б в комплекте с кресло - кроватями, это было в новинку, и бонусом шёл журнальный столик, с ёмкостью для постельных принадлежностей. После долгих уговоров, директор, делая нам одолжение, согласился взять один комплект, под реализацию. Вскоре мы привезли один гарнитур, и пока рабочие магазина устанавливали его в зале, мы пошли оформлять бумаги. Когда вернулись в зал, то увидели, что на нашем гарнитуре лежала табличка, «продано». А не прошло и пятнадцати минут. Когда я снова вернулся к директору, и попросил выдать мне деньги, тот не поверил, пока сам не посетил зал.
С производством, мы поступили, по аналогии с фото продукцией. В одном ПТУ, договорившись с директором, мы изготавливали поддоны, настолько простые в изготовлении, что любой птушник, даже двоечник, запросто мог сделать их за пару часов. Для каркаса нужен был обычный трубогиб. Этот вопрос тоже очень легко был решён. Оставалось сшить чехол, и это оказалось не сложно. В том же ПТУ его окончательно собирали, а оттуда прямо в магазин. Так что мы снова могли сидеть дома, и собирать деньги. Такая вот она, Москва.
От Москвы до Киева можно было добраться за ночь. И я почти каждую пятницу приезжал в Киев, что б повидаться с дочкой, не теряя надежды сойтись с женой. Но Леся и слушать не хотела об этом. Не могу сказать, что всё это время, я обходился без женщин, но серьёзных отношений с ними избегал. Я очень любил свою дочь, и мне хотелось, чтоб она росла в полноценной семье. Я не снимаю с себя ответственности, за то, что мы разошлись с Лесей, так глупо, и почти беспричинно, и как мог, пытался исправить ситуацию. К тому времени, как мне казалось тогда, материальный вопрос, был уже решён. Я зарабатывал достаточно, что б достойно содержать семью.
Нет желания рассказывать о своих любовных похождениях, но об одной истории, считаю необходимым поведать, поскольку она, в некотором роде, поучительна.
К нам на работу устроилась молодая, очень симпатичная девушка. Мне она понравилась, но у меня было табу, не заводить интрижек со своими работниками, тем более она была замужем. Достаточно часто, после работы, я угощал работников выпивкой. Это имело свои плюсы, с одной стороны, отношения в коллективе становились, более доверительными, а с другой, все хорошо усвоили, что нельзя приходить на работу после бодуна, а тем более пить во время работы. И это работало. Ребята перестали злоупотреблять выпивкой, и работали с полной отдачей. Да и зарабатывали намного больше, чем на госпредприятиях. Так вот, после одной из таких посиделок, все разошлись, а она задержалась. Мы остались одни в нашем бомбоубежище. Ещё утром того дня, я заметил синяк под глазом, который она, как могла, скрывала косметикой, но не стал задавать не корректных вопросов. Выпив ещё немного вина, она сама разоткровенничалась. Выяснилось, что её муж, уже не раз обвинял её в измене со мной, и без рукоприкладства не обходилось. Выпив ещё, она предложила мне переспать с ней, оправдываясь тем, что хоть не обидно будет, получать фингалы. Поскольку, меня тоже, совсем трезвым, назвать было уже нельзя, и она мне нравилась, я решил поступиться своими принципами, но однозначно предупредил, что отношения не могут быть серьёзными. Вот это табу, я не нарушал никогда. С кем бы мне, не приходилось спать, после разрыва с женой, если это были не одноразовые связи, я всегда предупреждал, что ничего серьёзного быть не может, и только на этих условиях, продолжались наши отношения.
Собственно, история о наших отношениях, дело сугубо личное, так что на этом можно её и закончить. А, - « Мораль, сей басни такова», ревность, не самое лучшее лекарство от рогов.
Москва, стала для меня ещё одним испытанием на прочность. Много всего пришлось испытать в этом городе богатом на приключения. Для тех, кто не хочет оставить свою пятую точку в покое, это просто клондайк.
Интересно началось моё появление в Москве, в качестве «бизнесмена» Как и в Иркутске, мне подвернулась квартира, которую сдавал человек, бывший на лечении, благо, на этот раз, всего лишь от алкоголизма. Собственно его самого я увидел через пару месяцев, а ключи мне передал его сосед. Первое, что привлекло моё внимание, когда я оказался в этой квартире, так это засаленный след от рук, который начинался, снизу, почти от самого пола, у входной двери, и потихоньку поднимался вверх, потом сворачивал за угол, и обрывался у самого выключателя. Не нужно было быть Шерлоком Холмсем, чтоб догадаться, что это маршрут хозяина дома к свету. Везло мне на странные квартиры. Там мы с ребятами и организовали первую лабораторию, оттуда, мы выносили свои первые фотографии, и лично я продавал их у ближайшей станции метрополитена. Этот опыт торговли на раскладках, мне ещё очень даже пригодится, но об этом, тогда, я ещё не знал. Я многого не знал о своём будущем, как и все мы. Вот и Володя, это хозяин квартиры, которую мы снимали, тоже будущего своего не знал. Мы познакомились, когда его выписали из больницы. Он окончательно завязал, и мы взяли его на работу, в качестве лаборанта. Парень был хороший, всегда делал всё вовремя и хорошо. И пока мы были в Москве, он работал с нами. Даже, когда мы собрались сваливать из Москвы, и подыскивали «плацдарм» в Сочи, то он несколько месяцев, отдыхал с нами в этом прекрасном курортном городе. Когда мы уже обосновались, я предложил ему остаться с нами. Но он не решился, на столь безумный поступок, хотя в Москве его особо ничего не держало. Можно было спокойно жить, в этом вечно зелёном, гостеприимном городе, а московскую квартиру сдавать. Но он не поддался на мои уговоры, и вернулся в Москву. Через некоторое время я узнал, что он умер. Оказалось, что он развязал, и как-то выпивая с соседом, тем самым, который дал нам ключи, отравился палёной водкой. Умерли все, он, мать соседа, жена соседа, а сам сосед, волей случая, остался жив. Оказалось, как только они сели пить, соседа вызвали друзья посмотреть заглохшую машину, а он был водителем, и хорошим автомехаником. Сосед успел выпить, только одну рюмку, его откачали, остальным не повезло. Вот так, порой складывается судьба человека. Согласись он тогда остаться в Сочи, может, был бы жив и по сей день, кто знает?
Москва, конечно, город больших возможностей, но совсем не то место, где бы хотелось встретить старость. По причине своих размеров, передвигаться в нём затруднительно, и это мягко сказано. Да и по климату, он меня не очень вдохновлял, это, конечно не Иркутск. Но всё равно не сахар. Другое дело Сочи. Я с детства мечтал жить в маленьком, уютном городке, и желательно у моря. Но выбрав себе профессию кинорежиссёра, отрезал путь к своей мечте, поскольку крупные киностудии, в малых городах не строились.
Но с возникновением перестройки, моя мечта обретала осязаемые очертания. Я мог попробовать соединить два своих желания. Как говорится в той поговорке …….и рыбку съесть. Дело было за малым решиться на переезд. Оставив ребят в Москве присматривать за делами, я отправился на разведку. Первой моей остановкой был город Туапсе. Но первый же беглый осмотр местности, привёл меня к мысли, что в этом городе, я жить не буду. Да простят меня жители этого города, но поскольку у меня была возможность выбора, то я ей захотел воспользоваться в полной мере. В итоге, я остановился на Сочи. Тогда ещё тихий спокойный городок, но и не захолустье. В те времена ещё нельзя было, так, запросто, взять и купить, дом или участок, конечно, были варианты, но это были сложные, многоходовые комбинации. А вокруг всё кипело, бурлило и хотелось всё и сразу. В тот же день я набрёл на администрацию совхоза «Октябрьский». Зайдя в холл, заметил какой-то список, висящий на стене. К своему изумлению, оказалось, что все фамилии в нём заканчивались на ян. Табличка с таким же окончанием фамилии, висела и на дверях, председателя совхза. Вскоре я познакомился и с хозяином таблички. Он оказался очень приятным мужчиной средних лет. Я, как мог, изложил, задачу, стоявшую пере до мной, он, в свою очередь, предложил посмотреть один участок.
Мне понравилась фраза, которую он произнёс, когда мы приехали на место. Перед нами был, один, большой участок, площадью не менее гектара. Рядом в овраге протекала небольшая речушка. По ту сторону речки стояли садовые домики. Так вот выйдя из машины, широким жестом показывая на участок, он произнёс, - Выбирай.
Не знаю, но почему то эта фраза запомнилась мне.
Участок хорош был тем, что находился на отшибе, не было посторонних глаз, имел возможность расширения, это в случае, если мне удастся осуществить свою мечту о создании собственной киностудии. На то время, это было, вполне осуществимое желание. Недостатком было отсутствие воды и света, но эти проблемы были решаемы. Обсудив условия, и ударив по рукам, мы разъехались, он готовить документы, я готовиться к переезду.
В Москве, в том же ПТУ, я заказал сборный домик, и фермы для мебельного цеха на четыреста квадратов. Мне, без проволочек, дали кредит триста тысяч, так что деньги у нас были, да и мебель потихоньку продавалась. Мы купили подержанный грузовой автомобиль, со звучным названием, горный тягач «Колхида» Это потом я узнал, что в народе его называли, - грузинская гордость и русское горе. Проведя предпродажную профилактику, мы увеличили кузов, сшили тент. Загрузив машину, тронулись в путь. Груза оказалось больше, так что нам предстоял ещё один рейс. Но славный город Сочи не хотел принимать в своё лоно, молодых, самонадеянных бизнесменов. Не доехав до центрального Сочи всего двадцать километров, наш горный тягач, испустил дух, полетела коробка передач. И прав был тот мудрый человек, который изрёк гениальную фразу. – Жадность фраера сгубила. А дело было так. Стоял вопрос, как перевезти всё то, что мы заказали в Москве, а именно: домик на сто квадратов, фермы для цеха, заготовки для мебели, оборудование. Вариантов было два. Первый арендовать машину, второй купить. Если покупать не новую, то выходило почти одинаково. Но, как бы, бонусом оставалась машина. По закону подлости, в тот день, когда мы уже купили машину к нам зашел один из наших реализаторов. Людей, которые распространяли нашу фото продукцию, было человек десять. Обычно они брали по сто, двести экземпляров, и ходили по точкам, которые сами и находили. Этот же парень был особенным.
Появившись у нас в первый раз. Он посмотрел нашу продукцию, поинтересовался о цене и, взяв, по одному образцу, удалился. Через день он снова появился, и попросил дать ему тысячу штук. Я был крайне удивлён, но решил дать ему все, что он запросил. Через неделю он появился снова и, рассчитавшись за уже проданные, попросил ещё пять тысяч. Тогда меня одолело любопытство, и я поинтересовался, куда же он их сдаёт? Все наши реализаторы, высунув языки, бегали по всему городу, уговаривая отдельно каждого продавца, взять фотографии под реализацию. Этот же товарищ, поступил иначе. В Москве, как и во многих, городах СССР, существовали ларьки Гослото. Он, недолго думая, сунулся к их начальству. Всё гениальное просто. Для меня это тоже было хорошим уроком. Так вот это наш, доморощенный гений, предложил нам купить партию КАМАЗов, с завода по цене пятнадцать тысяч рублей за штуку. Купи я тогда с десяток, таких машинок, то до конца дней своих, можно было уже ничего не делать. А деньги были.
Да что там десяток, если б я, даже просто сдал бы эту Колхиду, в металлолом, даром, и купил бы хотя бы один новый КАМАЗ, даже тогда, я оказался бы в плюсе. Ведь, когда мы застряли в Лоо, самую малость, не доехав до нашего участка. Нам пришлось заказывать тягач, что б нашу «Грузинскую гордость» дотащить по Русским дорогам до места. Эта машина с нашего участка, уже никогда, никуда не выезжала, по разным причинам. Кроме всего прочего, в Москве осталось часть нашего груза, который, наверное, тоже уже давно сгнил, как и наша Колхида, годами сгнивала на наших глазах. Воистину, - « скупой, платит дважды», ну а если ещё и мозгов не хватает, то убытки возрастают многократно. Может, я утрирую, когда говорю, о недостаточности мозгов, может они и были, но заточены они иначе. Ведь, вся наша прежняя жизнь, была другой. Цены, если и менялись, то не так стремительно, если у тебя лежали деньги на книжке, то ты был уверен, что там они будут, если не вечно, то завтра они там будут точно. Не могло быть такого, что б за деньги, на которые ты вчера мог купить бутылку водки, сегодня и коробок спичек не купишь. И, тем не менее, каждый раз натыкаясь на бетонные стены нашей неосведомлённости, мы упрямо, пробивая лбом, эти преграды, шли в наше светлое завтра. В этом смысле, мы мало чем отличались от наших родителей, и мы, и они, хотели, чтоб завтра было лучше, чем вчера. Формы стали другими, суть, осталась та же. Пока писал, вспомнилась одна чудная история. Мы с Серёжей Выграном зашли в магазин купить бутылку водки. На Украине тогда были купоны, и мы, за одну бутылку выложили больше десятка пачек, этих самых купонов, которые носили с собой в авоське. Помню, мать рассказывала, что в 1961 году меняли деньги. Но тогда это произошло единожды, и правила были всем известны. А тут, бардак полный. Как раз перед самым переездом из Москвы, мы в Твери затаривались рулонами искусственной кожи. Вернувшись, домой, услышали, как по телевизору рассказывали, что купюры достоинством в пятьдесят рублей принимать не будут. К нашему счастью за искожу, мы расплатились именно этими купюрами.


?

Log in

No account? Create an account